Сколько стоит текст? Интернет говорит − от 50 рублей до 5000 рублей за 1000 знаков, средняя статья получается от 150 рублей до 15 000 рублей. Жаль, Лев Толстой не знал, не было в то время интернета, а то бы не пришлось ему траву косить. Торговал бы текстами на бирже копирайтинга, − писал он неплохо, пятерка за лист гарантирована, а мог он написать, как известно, до 12 листов в день. И того получается 60 тысяч в день, неплохо, жаль что не царских рублей. Но у Льва Толстова каждая буква, каждая строчка − бесценны. Его невозможно повторить, его невозможно оценить, читая его тексты можно только восхищаться. Отдыхать глазами и душой, как это делаю я, когда перечитываю Толстого, Гиляровского, Хемингуэя.

Могли ли они представить, что такое будет твориться? Что тексты будут выплевывать десятками тысяч, миллионами ежедневно. Мне стыдно признаться, но я пишу больше чем Лев Толстой по количеству. Копирайтерами и хуже того «писателями» называют себя все кому не лень. Мальчики с девочками опившись кофе вдруг решают, что могут писать, и пишут. И самое страшное − их читают, с матами, отвратительным сленгом, с предложениями, которые коверкают мозг читателя. Только в русском facebook около миллиона авторов. Миллион − это население города Омска.

Нет ничего плохого в том, что молодежь пишет. Наоборот, это хорошо. Плохо то, что они не умеют этого делать, потому что не учились, не читали в детстве Пушкина, не писали сочинения по Достоевскому в школе. В лучшем случае, брали из интернета, обрабатывали, чтобы прошел антиплагиат, и сдавали. И откуда у них умение? Вот откуда ему взяться, если нет никакой базы, совершенно никакой. Есть, конечно, такое понятие «самобытность», и я знаю много авторов, в том числе очень известных, которые пишут шикарно, стильно, талантливо и самобытно. И они не заканчивали журфак, они вообще не имеют гуманитарного образования. Но копнешь глубже, − а там родительская библиотека с запасом книг больше чем в Пушкинской, там Цветаева, Пастернак, там Гоголь с Лермонтовым. Бессонные ночи и книжки запоем вместо футбола в детстве.

Один из таких − великий Девид Огилви. Копирайтер всех времен и народов. Основатель рекламного агентства Ogilvi & Mothers, который нашел себя в профессии, когда ему было за сорок. И работал он до этого коммивояжером. Но именно он создавал уникальные слоганы, супер продающие тексты и мегаэффективные рекламные кампании. И он говорил, что копирайтером может стать почти любой человек, главное много читать и сильно хотеть. Современные «копирайтеры» хотят сильно. Но не помогает, вернее, не всегда помогает. Отсюда огромное количество текстов плохого качества, недослоганов и роликов снятых по бездарным сценариям.

Есть еще одна категория − журналисты. И те, кто считает себя таковыми. Это почти стоп-фактор для копирайтинга. Потому что, если они плохие, то толку не будет. А если хорошие, то профессиональная деформация просто не дает им писать продающие тексты. Как так? Я же журналист, я больше знаю, что хотят мои читатели. Все так, но заказчику все равно, что хотят читатели, им нужно, чтобы их товар или услугу захотели потребители. А это разные вещи. Работа с журналистом-копирайтером может превратиться в муку: да, слог, да, стиль, да, структура − все это есть и люди радуются, читая такие тексты. Радуются и продолжают сидеть дома − ждать новых текстов. И теперь коварный вопрос: а готовы ли они платить за тексты − не заказчики, а читатели, − если им так нравится? Готовы оформлять подписку? – Нет, не всегда. Читатель избалован большим количеством бесплатного контента разного качества и плохого, и хорошего. Так зачем платить деньги, если можно получить бесплатно?

А кто я такой чтобы судить? Я не писатель, не журналист. Но я пишу продающие и бизнес-тексты больше 25 лет. К бизнес-текстам отношу бизнес-планы, коммерческие предложения, технико-экономические обоснования, которых написал тонны и, кстати, не только на русском языке. Там обратная связь была очень простая − купят или нет, вложат денег или пошлют. И покупали, и вкладывали, и кредиты давали. В 9 лет я прочитал «Войну и Мир», потому что в библиотеке кончался Дюма, Вальтер Скотт, Джек Лондон. Более того, я уже тогда прочитал всего Теодора Драйзера, и мне было интересно. А разобравшись с Толстым, я начал читать «Роман- газеты», «Молодую Гвардию» и все, что выписывал мой папа, так же любящий хорошие тексты, и также пишущей для себя.

Теперь я пишу еще и редакционные тексты. Уже три года, я специально не считал, но в год выходит около 500-600 текстов разного формата, от «коротышей» в социальные сети, до лонгридов по 20 000 знаков. Разные тексты, удачные и не очень.

Но с каждым новым постом, каждой новой статьей читателей становится больше. А значит − я на правильном пути.

Так сколько стоит текст? Почем буква за килограмм? Я не могу точно ответить. Я не торгую текстами, я торгую возможностями. То есть я размещаю написанные мной или другими копирайтерами агентства на своих ресурсах. На бумажных носителях или в интернете. И я точно знаю, наши тексты эффективные, продающие и они приносят прибыль нашим заказчикам, в разной мере, но всегда приносят. И когда я читаю, что невозможно одним текстом сделать продажи, я не согласен. Еще как возможно. А секрет моего успеха, почему я так умею и так могу, прост − я просто давно живу и много видел. И каждый раз, когда я начинаю писать новый продающий текст, я ставлю себя на место возможных покупателей. И думаю, что бы мне, лично мне было интересно узнать об этом товаре, услуге, бизнесе. Кстати, так может попробовать сделать каждый. Но не у каждого получится.

Поделиться: