Как это было, что там было и почему – от первого лица. Пишет организатор вечера и один из выступающих.

Лет 5-6 назад в России стала набирать популярность барная поэзия. Желающие прочитать свои рифмованные и нерифмованные строки выбрались из своих домов, из актовых залов, из дворцов культуры. Они вырвались на свободу. Какое-то время эта свобода пахла сигаретным дымом. В те времена, когда в барах разрешали курить.

Да, бары для многих пишущих стали достойным убежищем. Там уверенно машут руками и матерятся те, кого ни в одно «приличное» место не пустят. Там чувствуют себя среди своих те, кого в этих «приличных» местах раскритиковали.

Идут годы. Конечно, качество таких вечеров и их героев часто страдает. Конечно, нельзя сказать, что бар – обязательно колыбель гения. И всё-таки есть в этом что-то особенное. Что-то сделавшее меня не только участником, но и организатором таких вечеров.

В последний раз мы с ребятами собрались в маленьком подвальном помещении под названием Orange bar.

Дело было 28 января. Выступало 4 поэта (я одна из них) и 3 музыканта (голос, акустическая гитара). Неожиданно для нас и для самих гостей место было заполнено битком: впопыхах искали дополнительные стулья и собирали куртки с бедной сломанной вешалки, не выдержавшей такого людского наплыва. Забитый зал всегда впечатляет и вдохновляет больше всего: он создаёт чёткое ощущение нужности нашего слова и нашего дела.

Все места в баре были заняты

Артём Салахетдинов

Было смешно слышать, как гости говорили:«Низкие потолки, полумрак, пар от вейпа... Похоже на притон. Нам нравится».

Нам тоже понравилось.

Начинали с музыканта – Макса Малютина. Затем, не здороваясь и не представляясь, вступили поэты: собственно я, Екатерина Овчинникова, следом Лина Калинка, Александр Галахов и Ярослав Лапа. Читали по одному стиху, последовательно сменяя друг друга. Такой формат придаёт действию динамику и театральность и при этом позволяет автору быть свободным в выборе тех текстов, которые он собирается читать. В перерыве играл Артём Салахетдинов, в завершении – Алексей Вагапов.

Екатерина Овчинникова и Ярослав Лапа

Одна из зрительниц сказала мне после: «Моему другу пришлось многое объяснять... Он спрашивал, почему авторы свои песни и стихи показывают здесь, а не на сцене. Почему тема была одна (пришлось объяснять, что темы разные, проблемы, которые волнуют авторов, тоже разные). Почему наехали на паблик "Чай со вкусом коммунальной квартиры"... В общем, объяснять было сложно. Просто в моём представлении вы как четыре всадника апокалипсиса. Все четверо поэтому разные, со своими образами».

Александр Галахов

Лина Калинка

Читали и пели мы действительно не со сцены. Решили, что интереснее будет оказаться на уровне со слушателем: не столько вещать ему, сколько говорить с ним. С каждым. И вот, из этого разговора мы выходим всадниками апокалипсиса (вероятно, музыканты, в противовес, – три богатыря).

Темы действительно были разными, но органично сплелись в одну замечательную концепцию. Здесь эмоциональная нестабильность, здесь негодование, отчаяние и всё-таки мощная воля к жизни. А вот понимание жизни у каждого своё.

Для поэта и музыканта важно делиться и своей болью, и своим неиссякаемым желанием жить. Для поэта очень важно быть нужным. Даже когда он читает грубые стихи о бессмысленности и поверхностности публики в баре, он хочет, чтобы публика эта его слушала и слышала. И в этот раз нас действительно слушали. И даже благодарили.

Макс Малютин

Не бойтесь приходить в бар на чтения. Не бойтесь подходить к поэтам и говорить им добрые слова, если, по вашему мнению, они эти слова заслужили. В этом весь смысл. Не бойтесь быть чужим среди своих. Когда звучат стихи, когда их слышат и понимают, все в помещении становятся своими.

Алексей Вагапов

фото: Мария Кузнецова

Поделиться: