В преддверии очередного выступления дуэта Sawazki & m.Dullu (Кирилл Завацкий и Константин Терехов) мы встретились и поговорили о поп-музыке и об электронике, о потенциале Омска, о Дидье Маруани и Киркорове, об Иване Дорне и детских мечтах.

Как вы вообще вышли на Планетарий?

Кирилл: В 6 классе мы попали на экскурсию в Планетарий, там играла космическая музыка электронная... Всё это дело нас впечатлило, в подкорке отложилось – и вот, была детская мечта, чтобы свою музыку сочинить и там сыграть.

Константин: Есть композитор немецкий, и он тоже выступал в планетарии, в Гамбурге – и появилось видео, как он играет. И мы Николаю Владимировичу Крупко отправили это видео, ему понравилось и захотел что-то сделать такое же в Омске.

Иногда с людьми говоришь, и они изумляются: «А в Омске есть планетарий?»

Кон: Даже два, получается. Один во Дворце творчества, а новый... который старый – от ОмГПУ. Он раньше там и был, первый планетарий... Его закрыли на реконструкцию. Владимир Николаевич всё восстановил. Помещение там небольшое, я думаю, что Владимир Николаевич будет развивать его. Он фанат своего дела.

Вы из тех, кто считает, что из Омска надо валить? Или нет?

Кон: Возможность уехать есть. Тот же Сергей Митяев – он уехал. Он жил в Омске. Он уехал в Москву и там занимается своей деятельностью. Мы ещё здесь не сделали ничего достойного, чтобы уехать в другой город. Нужно что-то отдать этому городу, прежде чем «валить». Мы двигаем электронную экспериментальную музыку в Омске. У нас основная задача – это именно инструментальная электронная музыка. Чтобы был выбор. Есть джаз, есть рок, есть клубная электронная музыка, а инструментальная, исполнительская – её нет. Мы создаём в Омске выбор электронной музыки.

Кир: Ну мы, во всяком случае, хотим, чтобы Омск стал лучше. Мы поэтому именно здесь и развиваемся. Мы такого мнения: зачем куда-то уезжать, если почва для деятельности есть и здесь? Просто ещё пока, видимо, контингент не подобрался нужный для восприятия, может быть, просто мы ещё не донесли... Или просто стереотип мышления такой музыкальный формировался у людей со времён СССР, в 90-е года…

Кон: Если электронная музыка, то обязательно ассоциируется с клубом. И нужно как можно большему количеству людей донести... Взрослых, людей среднего возраста, что электронная музыка – это не только ночные посиделки.

Кир: Электронной музыкой можно выразить гораздо больше, чем той же классикой или джазом, потому что разнообразие звуковых элементов даёт богатую почву для выражения своих мыслей, каких-то сюжетов.

То есть вас беспокоит не только возрастная группа 18-30, но и старше? Хотите и их «захватить»?

Кир: Мы, скажем так, широко направлены. Спектр тех стилей, в которых мы работаем – он довольно широкий. Поэтому почему и не за 60?

А получается?

Кир: Бывает, что и получается. Есть люди старше 50, которые уже положительно оценивают нашу музыку.

Кон: На последней «Вибрации» была аудитория в основном среднего возраста.

Как зародилась ваша любовь к электронной музыке?

Кир: У меня началось всё с поп-музыки. Когда я был маленьким, родители слушали на бобинах ModernTalking. Уже в классе третьем я сам начал увлекаться этой группой, собирал все альбомы, я мог только её слушать. А потом, когда мне уже было лет 13-14, я понял, что мне бы хотелось слышать подобную музыку, но без слов.Я начал искать. Познакомился с группой Lazerdance, голландская такая электронная группа – они делают космическую синтезаторную музыку. И уже потом самый такой большой толчок к электронной музыке – немецкая группа Kraftwerk. Это, можно сказать, отцы мировой электронной поп-музыки. То есть вот именно их подход, экспериментальный такой – он больше всего, наверное, сначала меня, потом Константина – сподвиг на сочинение музыки. И вот, в 2003 году мы начали пробовать. Были какие-то компьютерные программы...

Кон: Даже был такой синтезатор у Кирилла, ну не синтезатор даже... Самоиграйка небольшая, и был бобинный магнитофон, и он записывал...

Кир: Свои тогдашние эксперименты. А потом уже, где-то в 2006 году уже появились первые самостоятельные композиции. Сначала мы делали одно дело, но по отдельности. В 2010 стали дуэтом, записали первый совместный альбом…

Кон: А я с детства песни сочинял всякие. Записывал в тетрадь, как все дети, наверное. Я учился ещё в кружке театральном и периодически мне разрешали на сцене спеть для зрителей. Потом у меня появился первый кассетный магнитофон. В основном на кассетах попадался поп, в основном со словами. И я понял тоже, что без слов лучше, и переписывал на кассеты именно проигрыши, вырезая куски, где поются слова.

Кир: Я тоже этим занимался!

Кон: Ну все дети, наверное, так баловались. А сошлись мы все на Kraftwerk. Нас было изначально в проекте четверо. Сначала это была клубная такая техника.

Кир: Вы уже слушали клубную музыку и мне приносили:«На, послушай», а мне казалось, что это так просто сделать. Я этого не понимал.

Кон: А я ModernTalking не понимал! А сейчас понимаю, мы периодически ModernTalking слушаем и техно. Видимо, с возрастом приходит...

Кир: Они приносили мне эти клубные хиты, мне говорили, что, вот, электроника, а мне было интересно, откуда это всё идёт вообще. Откуда появилось. И когда я дошёл до этого Kraftwerk, всё стало на места.

А из современных кого можете выделить?

Кир: Имён очень много. Потому что сейчас возможность создания электронной музыки – она упростилась. Если у тебя есть ноутбук, ты можешь писать электронную музыку. Но чтобы выделить конкретные имена – можно вот выделить Booka Shade группу, тоже немецкая. Они в стиле электрохаус, электропоп играют. У них это ещё и выглядит интересно. Играют на электронных барабанах, на синтезаторах...

И снова немцы.

Кир: Хотя вот именно первый компактный электронный инструмент придумали вообще в России. Терменвокс. Лев Термен придумал. А дальше – электронная музыка в России в начале 70-х вспыхнула – и сразу заглохла. Толчка не было, чтобы её как-то развить, как в Германии.

А у вас какой-то профиль ещё есть? Вы чем-то занимаетесь кроме музыки?

Кон: Я нет, у меня сейчас только музыка, организация наших концертов. Зарабатывать так, конечно, сложно. В Омске сложно.

Кир: Я врач-стоматолог, работаю по профессии.

Мне ещё было интересно узнать по поводу школы, которую вы в 2010 году, по-моему, открывали.

Кон: Открывали. Вот нас четверо было в начале. У нас наш товарищ работал в клубе детского развития. И мы на базе этого клуба открывали школу. Но так как это было на базе бюджетного учреждения, всё забуксовало.

Кир: Ну, во-первых, и реклама должна была быть какая-то более существенная.

Кон: Постоянная отчётность. Нехватка помещения. Детей становится всё меньше. Дети, которые сначала ходили –им стало интереснее на улице, чем какие-то синтезаторы.

Вы сотрудничали с европейскими музыкантами, да?

Кон: С ДидьеМаруани мы сотрудничали, мы в сборнике выходили. В поддержку Маруани, когда у него был конфликт с нашей поп-эстрадой.

Кир: С Киркоровым, да. По поводу авторских прав. Мы же все знаем, что он любит всё перепевать. Где-то в какой-то из песен нашли там мелодию, похожую на ДидьеМаруани. Ну, начали разбираться. Это, наверное, 2016 год.

Кон: Он приезжал в Москву. Наш коллега Сергей Митяев – он сейчас в Москве живёт. Они с Маруанипересеклись в программе «Соль» сначала, а потом вместе пошли отдыхать. И после он нас познакомил.

Какое у вас отношение именно к современно русской поп-музыке? Каково её качество относительно тех же нулевых?

Кон: Иван Дорн. Он с Украины, правда, но он хороший пример того, что музыка может интересно звучать.

Кир: Я немного иначе рассуждаю. Вот Иван Дорн. Он талантлив. Он чувствует, чем зацепить. Но всё-таки некоторые клипы у него... Какая-то есть доля пошлятины. Сильно много этого сейчас. Мне кажется, это плохо. Понятно, что думающий человек поймёт, о чём его клип. В одном из таких своих клипов поднимает очень глубокую тему. Об Америке, кстати. В клипе «Collaba». В женщину переодевался. Но в основном люди этого не понимают. Они видят картинку.

Даже просто «МузТВ» включишь... очень много пошлятины в плане клипов. И очень каких-то псевдо-песен, в которых смысла, по сути, нет. Банальщина, бытовуха и ничего возвышенного. Люди, которые постоянно это смотрят, думают, что это правильно. Это нормально.

Кон: И потом тяжело воспринимают инструментальную электронную музыку! Клипы – один от другого практически ничем не отличаются. Есть как будто набор определённых правил. Девушки-клуб-девушки...

Кир: Особенно сейчас, я заметил, такая мода: как будто на домашнюю камеру сняли на хорошую, причём дома сразу. Там в постели повалялись, чуть ли не в туалет сходили, засняли – вот, клип получился. Меня как творческого человека это напрягает. Я хотел бы, чтобы всё-таки было как-то культурнее.

*14 апреля в Омском планетарии пройдут концерты Sawazki & m.Dullu «Вибрация вселенной». Вы ещё успеваете приобрести билет: vk.com/wemspaceconcert

фото: Александр Номоконов, Ольга Лебеденко*

Поделиться: