Недавно министр финансов Вадим Чеченко рискнул объяснить журналистам, почему омичам, которые учатся дома, с сентября этого года перестанут выплачивать компенсации.

«Денег нет», - ожидаемо сказал министр. Точнее не так. Дословно он сказал вот что: «В законе об областном бюджете средства на поддержку родителей, чьи дети находятся на семейном обучении, отсутствуют». И пояснил: мол, мера поддержки эта дополнительная, поэтому по ней есть ограничения. А регион наш дотационный. Он, бедненький, и без того «имеет высокую долговую нагрузку». Но при всём этом всё равно «должен принимать все расходные обязательства социального характера», - сказал министр. И для пущей убедительности добавил: «на это нам указал Минфин РФ». А для ещё более пущей убедительности шокировал цифрой: мол, по подсчётам Минфина, расходы на социальную поддержку в регионе и так превышают расчётный показатель на 1,5 миллиарда рублей.

Полтора миллиарда! С ума ведь сойти

Съели? Вот и чудненько!

А тем, кто поперхнулся, региональный министр образования Татьяна Дернова помогла поглубже протолкнуть кусок в горло. Сдобрила всё это заботой и участием и честно так заявила: «Все меры для поддержки детей-инвалидов, также обучающихся на дому, сохранятся». Потому что «выплата для них была предусмотрена региональным Кодексом о социальной защите граждан ранее». Но и семейникам министр предложила не расстраиваться, намекнув, что они в любой момент могут вернуться в школы, где их встретят с распростёртыми объятиями и будут всячески помогать. «Индивидуальные образовательные маршруты», например, организуют (потому что законодательство, оказывается, позволяет это делать), или позволят сочетать обучение в классе с самостоятельным. А ещё приложат все усилия, чтобы семейники смогли легко и быстро АДАПТИРОВАТЬСЯ к новой для них обстановке.

Одним словом, обещала сделать всё, чтобы создать для блудных семейников «особые условия, которые позволят максимально комфортно получать образование».

Ладно, оставим на этом месте самый главный вопрос: а что тогда мешает для ВСЕХ детей создать эти самые особые и комфортные условия? На ответ, конечно, не рассчитываем, потому что его всё равно не будет. Красивого для чиновников и честного для нас. Попробуем разобраться в другой солянке, в которой смешались люди-кони, дети-деньги, здравый смысл и его полное отсутствие.

Сначала цифры.

  • В нашей стране всего в пяти субъектах РФ региональным законодательством был утверждён размер компенсации для родителей, чьи дети учатся по семейной форме.
  • В Омском регионе компенсация семейникам выплачивается с 2013 года. В год её размер составлял от 73 до 113 тыс. рублей на одного ребенка в зависимости от ступени обучения.
  • Размер выплат семейникам в других регионах (Пермском крае, Свердловской, Тамбовской и Тульской областях) чисто символический: от 300 до 1,5 тыс. рублей в год.
  • В Омске на семейном обучении сегодня находится 1341 ребёнок. А шесть лет назад было всего 60. При этом в 2017–2018 годах в школы вернулись 82 ребенка.
  • Всего в образовательных организациях Омской области обучается 222 тыс. детей. Получается, что количество семейников не превышает 1 % от общего числа школьников.

Теперь ингредиенты

С какой целью министры заявили, что компенсация сохраняется для детей-инвалидов? Чтобы сознательно сбить с толку? Или пустить пыль в глаза? Зачем было мешать в одну кучу семейное и домашнее образование, на которое всегда имели право дети-инвалиды?

Для семейного образования компенсацию не сохранили ни для кого, включая инвалидов. Финансирование оставили только для тех, кто находится на домашнем обучении и имеет официальную справку об инвалидности, получить которую, к слову – тоже не так-то просто.

В итоге дети, которые, к примеру, имеют диагноз дислексия (избирательное нарушение способности к овладению навыками чтения и письма при сохранении общей способности к обучению, - подсказка из Википедии), не могут получить официальную инвалидность, поэтому вынуждены идти в обычную школу.

Чем это грозит? В лучшем случае, отставанием. В худшем, ещё и унижением со стороны сверстников со всеми вытекающими. Но даже, если дети с проблемами здоровья в итоге и получают справку об инвалидности, вместе с ней они могут рассчитывать и на домашнее обучение. А компенсация на него составляет около 300 рублей в месяц! Не сложно представить, какой уровень образования получают дети с инвалидностью за такие деньги. Но это отдельная история, к которой мы ещё вернёмся. А пока вопрос один: почему такие дети не могут рассчитывать на получение более качественного образования, находясь на семейном обучении, компенсация за которое составляла порядка 7000-9000 рублей в месяц, а значит есть (точнее, была) возможность привлекать к процессу обучения профессиональных педагогов?

Для семейного образования компенсацию не сохранили ни для кого, включая инвалидов

Следующий момент: почему чиновники оправдываются тем, что увеличивать расходные средства для дотационного бюджета им не позволяет федеральный Минфин?

«Чтобы понять, откуда растут ноги, мы сделали официальный запрос в Министерство финансов Российской Федерации и получили ответ, в котором говорится, что для возвращения компенсации за семейное образование НИКАКОГО согласования с Москвой не требуется, - рассказывает Алеся Григорьева, президент Ассоциации по защите интересов семьи «Детство. Отцовство. Материнство». - Но один раз мы эту историю уже съели с пособиями на детей до трёх лет. Тогда региональные чиновники нас тоже убеждали, что это Москва не даёт разрешение, несмотря на соответствующий указ Президента. Мы в итоге обратились в суд и получили пояснение от федерального министерства, в котором была лишь рекомендация пересмотреть РЕГИОНАЛЬНЫЙ бюджет по части его эффективности». И ни слова о том, что федеральное ведомство запрещает выплачивать это пособие. Получается, ситуация сейчас аналогичная. И решение об отмене компенсации за семейное образование было принято исключительно на региональном уровне», - говорит общественница.

Решение об отмене компенсации за семейное образование было принято исключительно на региональном уровне

Хорошо. С тем, что денег в региональном бюджете никогда ни на что не хватает, мы вроде уже давно смирились. А здесь ещё Чеченко рассказал о ПЕРЕРАСХОДАХ на социальную поддержку в регионе на целых 1,6 млрд. рублей. Может, действительно, чиновники помогают, помогают, поэтому денег на семейников реально не остаётся?

Заглянем в Кодекс о социальной защите граждан, на который ссылается Дернова. Что там есть? 450 рублей ежемесячно блокадникам (сколько их осталось?), 375 рублей многодетным, от 500 до 1500 рублей инвалидам, 750 семьям погибших участников боевых действий, 500 рублей ветеранам войны, 285 труженикам тыла и т.д. В общем, наскрести перерасход в 1,6 млрд рублей из этих копеек при всём желании не очень-то получается. Пока на глаза не попадается интересный пункт: «Пенсия за выслугу лет лицам, замещавшим государственные должности Омской области и государственные должности государственной службы Омской области». Сумма пенсии и доплаты к ней, согласно документу, составляют до 75% месячного вознаграждения, месячного денежного содержания.

Получается, это и есть те самые «золотые парашюты», которые пожизненно и ежемесячно получают наши госслужащие, уходя в отставку. И вот здесь суммы уже явно не копеечные и вполне могут выливаться в тот самый перерасход в 1,6 млрд рублей.

Что из этого следует? По сути, ничего криминального. Может чиновники действительно заслуживают бОльшего, чем наши дети. Ломает только одно: может в этом и кроется вся суть нашей хромой системы?

Взять хотя бы Дернову и Чеченко, которые сейчас решают судьбы наших детей. Они точно знают, что могут принять какое угодно решение, но это никак не отразится на их будущей хорошей пенсии. Может поэтому им по большому счёту плевать, что есть и что будет с этими детьми. Куда будут жаловаться их родители и сколько раз они выйдут на митинги. VIP-пенсии им обеспечены при любом раскладе.

Чиновники точно знают, что могут принять какое угодно решение, но это никак не отразится на их будущей хорошей пенсии.

Только не стоит принимать всё буквально. Я не говорю, что деньги забрали у детей, чтобы отдать чиновникам. Нет. Те же самые 160 млн рублей, которые выделялись на семейников, ушли не абы куда, а на самое что ни на есть благое дело: в Институт развития образования, который занимается повышением квалификации учителей. По крайней мере так говорит Дернова. И будем ей верить. Сейчас я говорю исключительно о СИСТЕМЕ.

Почему родители, которые выбирают для своих детей семейное обучение уверены, что нарушаются их права? Логика здесь простая. И я не могу с ней не согласиться.

«Конституцией нам гарантировано право на образование. И пусть там нет понятия семейного образования, но оно есть в 273 статье ФЗ РФ «Об образовании». Дальше все понятно. Мы платим налоги на обеспечение наших конституционных прав, поэтому можем рассчитывать на бесплатное образование, медицину и т.д. И, если мы в итоге, к примеру, за медицинскими услугами идём в платные клиники, то получаем за это налоговый вычет. Почему тогда эта схема не работает с образованием, учитывая его подушевое финансирование? Почему мы не можем получить назад свои налоги, если не тратим их на муниципальную школу, услуги которой нам не понадобились?», - задаётся вопросом Алеся Григорьева.

Более того, общественница уверена, что считать компенсацию за семейное образование каким-то поощрением – не логично.

«Мы не можем согласиться, что это мера социальной поддержки. В этом случае должно быть обоснование, что ребёнок в чём-то угнетён, в чём-то ущербен, поэтому его нужно поддерживать. Но здесь обычное право наших детей на образование. Мы всё равно платим налоги, от которых нас никто не освобождал. Поэтому будем требовать, чтобы нам возвращали эти деньги обратно. И намерены идти в суд, если ситуация не изменится. В отличие от других регионов, правительство Омской области гарантировало нам эти права. Шесть лет мы их получали. А сейчас их просто забрали».

Мы не можем согласиться, что это мера социальной поддержки. Здесь обычное право наших детей на образование

Впрочем, во всей этой ситуации удручает даже не то, что у детей забрали деньги. А то, что чиновники мотивируют решение исключительно экономическими аспектами и даже не пытаются разобраться, по какой причине детей переводят на семейное обучение. Почему они не хотят и не могут идти в школы.

«В нашем регионе семейники переживают не только нарушение своих прав на получение компенсации, но и вынуждены бороться с клеветой и унижением, которое идёт в адрес «хоумскулеров» в том число от правительственных СМИ. В итоге формируется искажённое представление о том, что такое семейное образование и какие дети его получают. Во многих регионах России семейную форму обучения действительно выбирают, как правило, многодетные семьи из отдалённых населённых пунктов, где нет муниципальных школ. Но у нас ситуация другая. В Омской области всего 10% семейников проживают в районах области. Из многодетных семей всего 7%. В основном же – это семьи с одним ребёнком, ценность которого очень высока, как и отношение к его образованию. Родители при этом почти все с высшим образованием, интеллигенты, предприниматели. Объединяет их только то, что в какой-то момент они пришли к выводу, что современная муниципальная школа не удовлетворяет их запросы. Вот родители и ищут, как вернуть ребёнку интерес к учёбе и научить его всем навыкам необходимым для жизни в нашем государстве, чтобы он мог стать успешным и свободным», - говорит Алеся Григорьева.

Многодетная мать уверена, что будущее за семейным образованием. Потому что существующая система себя изжила.

«Если раньше все дети могли получать знания только из учебника, сидя за партой, то сегодня информацию можно получать из самых разных источников и различными способами. Поэтому простое сидение за партой – уже не выход из ситуации. Это ущерб здоровью и сознанию ребёнка, которому нужно бежать, развиваться, изучать, экспериментировать, мечтать. Но наши школы инертны. Они не готовы к этим изменениям, не готовы идти за современным ребёнком, который сегодня, как никогда требует индивидуального подхода. В итоге получается, что детей мы просто бросаем на произвол системы и получаем на выходе полуфабрикат, в котором знания и ценности заложены случайным образом в зависимости от приоритетов школьного коллектива».

Простое сидение за партой – уже не выход из ситуации. Это ущерб здоровью и сознанию ребёнка, которому нужно бежать, развиваться, изучать, экспериментировать, мечтать.

Отдельной проблемой, которая заставляет родителей переводить детей на семейное обучение, по мнению Григорьевой, остается буллинг, наличие которого чиновники просто игнорируют.

«В одном из интервью «Первому городскому каналу» г-жа Стёпкина (Елизавета Стёпкина, уполномоченный при губернаторе Омской области по правам ребёнка – прим. ред) заявила, что буллинга у нас НЕТ. Потому что, по её словам, в наших школах, оказывается, ВСЕОБУЧ ежегодно проводит родительские собрания, на которых всё разъясняет родителям. О каком всеобуче она говорила? О том, который есть только в законе и который на деле никто не создавал? Никто не прописывал, как он финансируется, и откуда туда поступают деньги. Чиновники из минобра должны были ужаснуться тому, что выдала Стёпкина. Получается, наш Уполномоченный по правам ребёнка не только не представляет, как устроена современная система образования, но и нагло врёт!».

Буллинга в школах НЕТ. Потому что ВСЕОБУЧ ежегодно проводит родительские собрания, на которых всё разъясняет родителям!

Получается, в нашей области программы о защите семейных ценностей есть только на бумаге. В реальности же, в случае возникновения проблем в школе, мы остаёмся с ними один на один. Как в случае с сыном журналистки Натальи Граф, который из-за травли вынужден был уйти из школы.

«Этот случай наглядно показал отсутствие реальных региональных программ по социально-психологическому сопровождению учебно-воспитательного процесса в наших учреждениях системы образования. Нет, они есть на бумаге. И финансирование на эти цели выделяется немаленькое. Но на деле всё хорошо только в отчётах. В реальности же нормальной и действенной социальной политике по защите семьи, материнства, детства и отцовства в регионе нет», - говорит Григорьева.

Её слова хорошо подтверждает тот факт, что та же Татьяна Дернова на недавней встрече с родителями семейников не сказала им: «Дорогие родители, ну нет денег. Но вы хоть расскажите, почему вы ушли из школы? Что случилось? Какие проблемы? Давайте вместе разбираться и делать всё, чтобы ваши дети могли вернуться в школы». Но нет! Об этом она и не подумала, хотя родители сами пытались об этом рассказывать. Никто их не слушал, не задавал вопросов, не проявлял участия.

«Мы ведь не просто так уходим из школы, - говорит Григорьева - Более того, у нас менталитет такой, что мы ХОТИМ ходить в школу. Поэтому уйти оттуда и перейти на семейное обучение – это настоящий вызов. Вынужденное решение. И если мы всё-таки ушли, значит произошёл какой-то вопиющий факт, после которого семья приняла решение взять ответственность за образование и воспитание ребёнка в собственные руки».

Уйти из школы и перейти на семейное обучение – это настоящий вызов. Вынужденное решение. И если мы всё-таки ушли, значит произошёл какой-то вопиющий факт.

Беспокоит ещё один вопрос: почему чиновникам в принципе не интересен опыт учебных центров, которые умудряются внешне выстраивать такой-же процесс, как в обычной школе, но добиваться при этом повышенной успеваемости, да ещё и возвращают детям желание учиться?

«На месте губернатора я бы сейчас просто взяла этот шестилетний опыт организации семейного образования в регионе и поехала бы с ним по всей России рассказывать об инновационном способе воспитания и образования. Потому что он на самом деле уникальный. Его нужно транслировать по всей стране. Гордиться. И не забывать говорить о том, что на это требуются ГОРАЗДО меньшие средства, чем на образование в муниципальных школах»

По мнению Григорьевой, противники семейного образования сегодня активно манипулируют понятием норматив финансирования. Мол, для учащегося семейника в Омской области этот норматив составляет 7000 тыс рублей в месяц, а за ребёнка в школе государство платит ВСЕГО 32 тыс рублей за год. Но общественница уверена, что эта сумма не учитывает расходы на строительство и содержание школ, зарплату учителям и многое другое.

Но и это далеко не всё. Недавно в рамках реализации нацпроекта «Образование» Владимир Путин решил, что детей до трёх лет тоже нужно обучать. После этого федеральное Министерство просвещения объявило грант на… разработку электронных образовательных программ для родителей, у которых есть дети до трёх лет. То есть родителей хотят электронно обучить, как им воспитывать своих детей до трёх лет. И на эти цели тоже выделяют огромные бюджетные деньги.

«Или же в рамках того же нацпроекта Путин распорядился обеспечить всех детей от 1,5 до 3 лет местами в яслях. Посчитали. Оказалось, что строительство места для одного ребёнка обойдётся в 1 млн 200 тыс рублей. Но и эти деньги, судя по всему, не спасали ситуацию. Потому что попутно решили начать финансировать малый бизнес и выдавать деньги на строительство частных детских садов. Но почему нельзя было хотя бы часть этих денег просто раздать в виде пособий на детей до трёх лет? Ведь, если бы матери не умирали с голоду, сидя с маленькими детьми, никто бы и не стремился сдавать их в ясли в таком возрасте. Родители бы сами занимались их воспитанием и развитием», - говорит общественница и считает, что с семейным образованием всё можно было сделать ещё проще. Не придумывать дурные механизмы заигрывания с предпринимателями и строителями, а просто отдавать деньги родителям, которые будут создавать спрос на качественные образовательные услуги, а предприниматели реагировать на него. Только деньги уже будут идти на конкретные цели и достижение конкретных результатов, а не на пропаганду и содержание штата сотрудников непонятных структур.

Зачем придумывать дурные механизмы заигрывания с предпринимателями и строителями? Не проще ли отдавать деньги родителям, которые будут создавать спрос на качественные образовательные услуги?

Впрочем, надежда на то, что ситуация может сдвинуться с мёртвой точки, появилась после недавней встречи лидеров группы омских сторонников семейного образования с губернатором Александром Бурковым.

«Благодаря этой встрече нам удалось донести до главы региона, что мы не какие-то сектанты и алкоголики, которым просто нужно получить деньги, а наши дети при этом якобы непонятно чем занимаются. Мы же получаем компенсацию только тогда, когда проводим экзамены, аттестации, и ребёнок их успешно сдаёт. А показатели оценок у наших детей выше, чем в государственных школах. Кроме того, нам удалось донести до губернатора, что Омск является флагманом в семейном образовании, проговорили с ним, что это отличная альтернатива той государственной школьной системе, которая нам сейчас предложена. Он с нами согласился. А, убедившись, что мы действуем в рамках политики президента, пообещал, что будет находить средства и возможности», — отметил сторонник семейного образования, казачий атаман Сергей Шалаев.

Что ж, мы будем ждать реакции властей. И, конечно, продолжим следить за развитием ситуации.

Фото: bk55.ru, educatall.com, trsobor.ru, psychologist.tips, v-rf.info, v-rf.info, omskinform.ru, pixabay.com,личный архив Алеси Григорьевой

Поделиться: