Право – искусство добра и справедливости. Это еще древнеримский юрист Ульпиан говорил. Юстиция на латыни значит справедливость. В нашей стране это слово понимается в ином смысле. У нас Юстиция – система определенных органов, вот и все. Та же прокуратура надзирает за законностью. Если соблюдался закон, значит справедливо. При этом многие законы изначально, мягко говоря, не справедливы. Получается у нас закон и справедливость – это разные вещи? А почему? Потому, что чьи-то интересы учли, а чьи-то не учли. Бунты и волнения происходят именно тогда, когда человек чувствует несправедливость по отношению к себе. Я считаю понятие справедливости ключевым для нормального функционирования общества. Если есть в обществе справедливость, то оно развивается гармонично. Я не хочу жить в обществе, где революции, я хочу жить спокойно. Уравниловки я тоже не хочу, она ведет в никуда. Каждому по способностям. Если ты обладаешь высоким интеллектом и способен производить нужный другим продукт, ты должен жить хорошо. Если ты способен, условно говоря, только улицу подметать, тебе нужно обеспечить определенный уровень, чтобы ты не голодал. Не все люди интеллектуально равны, и не у всех имеются равные возможности. Задача государства как раз и заключается в том, чтобы сглаживать социальные углы. Ведь не случайно социальное законодательство стало возникать в 19-20 веках на Западе. Они все волнения и бури прошли гораздо раньше, чем мы, а некоторые страны вообще избежали их. Благодаря пониманию, что необходима социальная поддержка. Она успокаивает общество. И это можно обеспечить институтом справедливости.

Чем раньше человек получает первичные знания о праве, тем лучше и для него, и для общества. Я исхожу из того, что чем больше людей в обществе знают право и имеют юридическое образования, тем лучше. Меня удивляет та ситуация, которая сложилась сейчас. Все эти наезды на юридическое сообщество. Нас, юристов, оказывается слишком много. Я соглашусь, что может быть качество обучения и страдает, что во многом обусловлено интеллектуальным уровнем современных студентов, но юристов много быть не может. И юридическое образование нужно, юридическая образованность, грамотность населения – необходимый фактор развития правового государства. Юристы не нужны только при диктатуре. Как в советские времена, юристы были востребованы в правоохранительных органах, в прокуратуре, суде, в меньшей степени – в адвокатуре. В так называемом «народном хозяйстве» значение юриста было сведено к минимуму. Потому что интересы были только государственными, и юристы были просто лишними.

Теперь дискуссий не стало, государственная дума исполняет роль печатной машинки государственного аппарата

Выражение — «Незнание закона не освобождает от ответственности», удобный тезис для публичной власти, поскольку является первичным звеном обоснования ответственности человека. Создайте такие условия, чтобы человек знал закон и не нарушал его! Есть такое выражение «взбесившийся принтер», про нашу Государственную Думу, которая законы штампует сотнями. Законы, смысл которых поймет не каждый юрист, не говоря уже об обычных гражданах. И качество принимаемых законов, качество подготовки документов катастрофически падает. Потому что сейчас в нашей Думе практически нет места для дискуссии. Законы толком не обсуждаются, они готовятся и принимаются, или не принимаются. В зависимости от интересов и степени влияния тех или иных лоббистских групп. Но они не проходят сквозь горнило обсуждения различными политическими группами, представляющими различные слои населения, формулировки в них не оттачиваются. Отсюда и проблемы: раздутость, многословность, подверженность частным изменениям…

Подготовкой нормативных актов, как правило, занимаются не депутаты лично, они могут только оценивать как обыватели то, что предлагается внести. Исходя из политических течений или своей гражданской позиции. Кто такой депутат – это человек, который представляет население. В этом и есть смысл демократии, что существует некая фикция, согласно которой народ выдает мандат доверия на представление своих интересов в законодательном органе государственной или муниципальной власти, а депутат должен транслировать интересы выбравшего его электората. Люди должны ощущать, что они могут через своих представителей влиять на ситуацию в стране, городе, селе. Так должна строиться модель взаимоотношений в демократическом обществе. Если нет института политического представительства, то это напоминает закрытый кипящий котел, где давление все нарастает. А если отверстия нет, то рано или поздно котел взорвется. Когда нет этой связки между властью и народом, тогда получаются социальные конфликты. Это самый страшный вариант, которого нельзя допускать.

Для депутатов различных уровней, может, и не обязательно иметь юридическое образование, но желательно, ведь они обязаны перерабатывать весь материал, который нужно оценить, и сделать соответствующие выводы. А если ты не обладаешь навыками анализа нормативных актов, то тебе могут подсунуть все, что угодно. Это значит, что ты полностью зависим от аппарата. Это как руководитель компании, полностью зависящий от своих подчиненных. Так не может быть. Не должно быть во всяком случае. Если руководитель не способен самостоятельно понимать существо происходящих событий, оперативно на них реагировать, принимать управленческие решения и нести за них ответственность, он превращается в зицпредседателя Фунта из Золотого теленка… Получается, что качество подготовки документов в комитетах очень низкое, потому что нет обсуждения, дискуссии. Если пришло из аппарата президента, значит так надо и это не обсуждается. Я помню конец 90-х годов, когда у нас были разные политические течения, как принимали часть первую Налогового кодекса, какой прекрасный это был документ. Документ исключительного качества.

Теперь дискуссий не стало, государственная дума исполняет роль печатной машинки государственного аппарата. А так быть не должно. Что такое государственный аппарат, кто такой чиновник? Чиновник – менеджер, нанятый обществом для управления этим обществом! Сейчас, почему то, понимание этого очевидного факта куда-то исчезло. Помню, как в конце 80-х была популярна шутка про партноменклатуру, что слуги народные лучше народа живут. Государственный аппарат продолжает жить лучше народа, и никак не связано его благосостояние с благосостоянием народа. Получается, что аппарат превратился в новое дворянство — кастовость, семейственность, династийность… У нас пока еще есть необходимость в депутатах, в институте представительной власти. Но если они будут продолжать принимать законы, не думая, без обсуждений, то могут стать не нужными. И вот это главная опасность, я считаю.

Поделиться: