Ведь именно в науке современное постмодернистское искусство обнаруживает заинтересованного партнера, который готов поделиться с искусством и своими достижениями, и своими инструментарием, и даже предоставить рабочие места в своих лабораториях и мастерских. При этом оба партнера, изучая и дополняя друг друга, ожидают, что их совместная деятельность выведет науку и искусство на новый уровень развития. Как сказал полвека тому назад физик и писатель Чарльз Сноу: «… все проблемы современного мира можно решить, если восстановить коммуникацию между гуманитариями и учеными».

Исторически и гуманитарии, и ученые изучали и описывали одни и те же пространства, одни и те же природные явления, связи между земным и духовным, между людьми и миром. Современное научное искусство связано с новыми технологиями, с исследованиями границ их применения, с возможностями конвергенции различных областей знания между собой и в то же время оно неразрывно связано с творческими традициями в науке и искусстве, наполняя их современным видением и новыми смыслами.

Современный художник, как и ученый, ставит эксперименты. Мастерская художника превращается в научную лабораторию. Однако возможен и противоположный вариант, когда научная лаборатория превращается в мастерскую художника и когда ученый сам становится художником.

Научное, художественное, философское познание – это всегда выход за пределы возможного, через создание несуществующего, новой реальности, полученной в результате доведения научного эксперимента до уровня художественно-философского процесса.

Но знакомясь с произведениями научного искусства, возникает вопрос: насколько «научное искусство» соответствует «искусству»? За многочисленными фотографиями макро-, микро- и наномиров, за светящимися кроликами, пришитым третьим ухом можно скорее увидеть способ популяризации научных знаний через современные формы, доступные пониманию общественности, а в условиях рыночных отношений еще и способ привлечения инвестиций в науку и коммерциализации научных достижений. Зачастую под видом современного искусства демонстрируется множество объектов, созданных с помощью известных технических и дизайнерских решений. Но между эстетикой подобных объектов и эстетикой художественных произведений существует разница.

Бездуховная продукция – это другая форма культуры, форма культуры рынка, но не искусства.

Эта разница заключается в том, несет ли экспонат духовное содержание. Потому, что любой продукт человеческой деятельности описывается не технологией его производства, которая может меняться во времени, а тем объектом, который произведен по этой или иной технологии. В перфомансе, инсталляции, а именно так представляется в большинстве случаев «научное искусство», значение объекта сводится к минимуму, а событием становится сам, придумавший эту акцию, автор. В итоге – кратковременность события, объекта и зрительского послевкусия.

В представлении искусства как инсталляций и перформансов, основанных на технологических решениях, теряются или ставятся под вопрос основные характеристики классически понимаемого художественного произведения. К таковым относятся, кроме уже упоминавшейся духовности, авторство и свобода творчества художника. Кто на самом деле является автором инсталляции: художник разработавший концепт? Ученый, передавший художнику результаты своих работ? Конструктор, воплотивший в чертежах научно-художественный замысел и внесший в него свои доработки, основанные на знаниях и возможностях технического воплощения проекта? Технолог, разработавший процесс создания отдельных элементов проекта и его сборки и внесший в него свои изменения, основанные на знании материалов, их характеристик? А еще возможно и программисты, и электронщики, и сборщики, а возможно, если это биоартпроект, биологи, хирурги и весь обслуживающий персонал.

Из этого же вытекает и вопрос о личной свободе художника и свободовыражении. На самом деле художник становится участником коллективного создания. А искусство, в постдюшановском понимании, обозначенное термином «научное искусство», должно приобрести реальное определение, которое можно обозначить как «наукоемкое искусство», в котором есть место и художнику, как свободной личности, и интерпретируемым науке и технологиям.

Философы, искусствоведы, анализируя истоки научного искусства, зачастую обращаются к понятию «техно», как обобщающему понятию «науки, ремесла и искусства». И это было, очевидно, естественно, когда источником вдохновения для ученых, ремесленников, поэтов, художников служили небо и звёзды. Спиральные линии звезд вдохновили Ван Гога, увлеченного астрономией, на создание одной из самых знаменитых картин «Звездная ночь». Эта картина оказала воздействие, как на ученых, так и на художников, и явилась точкой соприкосновения между искусством и Вселенной. Андрей Линде, один из авторов концепции бесконечной инфляционной Вселенной, изобразил её в виде последовательности нарастающих друг на друге сталагмитов. Эту картину Линде назвал «Вселенная Кандинского», и пошутил, что это наиболее близкое подобие того, что изобразил на своем чертеже Создатель.

Но в процессе развития цивилизации науке, ремеслу, искусству стало тесно в общей коммунальной квартире под названием «техно». Семья каждого из них разрасталась, рождая новые области знаний в науке, новые технологии в ремеслах, новые направления в искусстве. В то же время клановость науки, ремесел, искусства, также как брачные союзы между родственниками, приводила к вырождению науки, ремесел, искусства. Отсюда и периодически возникающие разговоры о конце науки, искусства. Но отсюда же и понимание необходимости межклановых брачных союзов для рождения здорового потомства. Научное искусство – это и есть брачные союзы в триаде различных направлений искусства, науки и технологии.

Мир, в котором мы живем, ученые условно разделили на 3 части: бесконечно большая вселенная, живущая по законам выведенным Эйнштейном, земля, измеренная по всем трем координатам, живущая по законам Ньютона, бесконечно малая вселенная, называемая наномиром и живущая по законам Ван дер Ваальса.

Но есть еще одна вселенная, не знающая никаких границ, не признающая никаких законов. В этой вселенной можно путешествовать в пространстве и времени, побывать в черной дыре и в жерле вулкана, в прошлом и в будущем и вернуться оттуда, и рассказать об этом доступным языком. Эта вселенная – художник. Его язык – это язык поэзии, язык прозы, язык музыки, язык живописи и именно его творения мы называем искусством.

Поделиться: