У меня почти нет вопросов к «свидетелю» Смолянюк, хотя именно автомобиль L200, которым он управлял, стал причиной гибели людей. Он, как это ни страшно звучит, защищается, избегает ответственности, а все его действия продиктованы инстинктом самосохранения. Моментально, сразу в момент трагедии, он не побежал помогать пешеходам, он начал рассматривать свой видеорегистратор и звонить по мобильному телефону. Не в скорую помощь-нет. Его супруга не вышла из машины вообще. При том,что у обоих медицинское образование, исход мог быть другим, если бы они думали не о себе. Если бы они вообще думали.

авария на 24 северной

Запись с видеорегистратора, над которой явно «поработали» и это увидит любой, даже начинающий специалист. На этом видео не видно, как именно L200, которым управлял Смоленюк, сбил пешеходов. Но видно, что он менее, чем за 5 минут, дважды серьезно нарушал скоростной режим, играл «в шашечки», пытался вытолкнуть со своих полос другие автомобили. В общем, делает все то, что раздражает нормальных автолюбителей и что часто приводит к ДТП. В этот раз-к серьезному ДТП, в результате которого погибли люди. Заявление Смоленюк о том, что он был в шоке и поэтому не мог говорить, а причиной всего является лопнувшее переднее колесо, опровергается фото, на которых отчетливо видно целые колеса и Смоленюк, который говорит по мобильному телефону.

В ситуации со Смоленюк все понятно. Отвечать он будет не в судах и не прокурорам. Отвечать он будет перед тем, кого невозможно подкупить, с кем невозможно договорится. Но хотелось бы увидеть справедливость земную, и поэтому вопросы к тем, кто не виновен в гибели людей, но кто тщательно и без видимых причин закрывает глаза на очевидные факты и свидетельства. Более того, откуда-то берутся новые «улики», новые «свидетели» и меняются уже данные свидетельские показания. Поэтому вопросы к следствию и ко всем, кто принимал в нем участие.

И первый - к следователю Сковородко. Откуда взялся «тормозной путь» да еще такой, если даже в «обработанном» видео с видеорегистратора L200 явно видно, что автомобиль разгоняется как раз в момент торможения. Разве может быть хотя бы какой-то тормозной путь у разгоняющегося автомобиля? Или вы отменили законы физики? Почему не было свидетельских показаний и свидетелей до того момента, пока отец погибшей девушки, Агасиев Евгений, не нашел их сам? И вопрос: почему показания свидетеля Шрейдера были изменены после нескольких встреч с вами? В моем распоряжении есть аудиозапись первого разговора со свидетелем, я делюсь им. Стоит послушать и все становится понятно: свидетель отчетливо говорит о том, что именно L200 сбил пешеходов, и что первым делом водитель этого автомобиля, Смолянюк, стал кому-то звонить. Так почему в суде Шрейдер дал другие показания?

Можно многое списать на молодость следователя Сковородко и его неопытность. Но ведь сразу, после похорон родных людей, Агасиев предлагал свою помощь, а он профессионал с большим опытом работы в ВАИ (военная автомобильная инспекция) и у него высшее техническое и юридическое образование. Это не сломленная горем истеричная женщина. Агасиев – офицер, профессионал и он мог и может помочь разобраться в деле. Какие же мотивы движут следователем Сковородко? Почему он закрывает (или отводит) глаза от очевидных фактов? Почему было отказано в проведении биохимической экспертизы L200, хотя Агасиев указывал на то, что на капоте машины могут быть следы крови?

Экспертиза-это отдельная история. Там вопросы в основом к квалификации эксперта. Но получить ответы в этом случае проще - достаточно назначить и провести независимую экспертизу, что, я думаю, и будет сделано в ближайшее время. И почему результаты экспертизы Анастасии и Антона такие разные? (Антону, супругу Анастасии, экспертизу проводили в больнице, не судмедэксперт). В нашем распоряжение есть копия экспертного заключения.

Вопрос к стороне обвинения, к прокурорам. Разве не ваша обязанность быть на стороне потерпевших, на стороне граждан? Почему отклонялись (а не поддерживались) абсолютно все ходатайства потерпевшей стороны? Почему вы не нашли времени или не изъявили желания встретится с Евгением Агасиевым? Возможно, тогда вы увидели бы то, что увидел я - то, что он пойдет до конца, пока не добьется справедливости. Если не удастся найти ее здесь, в Омске, он пойдет в Генеральную прокуратуру в Верховный суд. И пойдет не один, а возьмет с собой все факты, фото, видео и аудио. Оно вам надо? Я очень сомневаюсь в коррупционной оставляющей именно в отношении прокуратуры, но халатность – это тоже преступление, если речь идет о гибели людей.

Евгений Агасиев и его адвокат направили заявление начальнику специализированного отдела по расследованию ДТП с летальным исходом Управления МВД России по Омской области «о привлечении к уголовной ответственности Смолянюк И.П. в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ» (предусматривает уголовную ответственность лица за нарушение ПДД и эксплуатации транспортного средства). В заявлении изложены все доводы, все факты, все доказательства и заданы, в принципе, те же самые вопросы. На днях пришел ответ, который я по простоте своей назову отпиской, так как в нем нет ни одного ответа. Только общие фразы, типа: «Нарушений служебной дисциплины, должностных обязанностей, нормативно правовых актов Российской Федерации в действиях указанного лица (следователя Сковородко) не выявлено». А как же мифический тормозной путь?

Вся это история приводит меня к двум выводам: все эти нарушения, замалчивание, искажение информации и откровенные фальсификации- это либо сговор, либо тотальная некомпетентность. В совпадения я не верю давно. И у меня большая просьба ко всем, кто не основательно погряз в этой истории, подумайте — зачем это вам? Что вами движет? Профессиональная этика? Но мне она представляется по-другому – вы должны стоять на защите интересов и прав граждан, даже погибших. Прочитайте статью, посмотрите фото, послушайте аудио, еще раз вникните в дело и подумайте, что будет дальше. Потому что я точно знаю, что будет дальше. Евгений Агасиев пойдет до конца, а я и другие СМИ будут освещать весь этот процесс. Это я к тому, что замолчать не удастся. К тому, что история уже вышла за пределы кабинетов и залов суда, а скоро выйдет и за пределы региона. Евгений уже потерял дорогих себе людей и после этой потери ему ничего не страшно. И договориться с ним не удастся, так что решать только по справедливости. По-другому не получится.

Поделиться: